Воспоминания
-
5 ноября 2021 года пришло известие о том, что не стало почётного гражданина Тотемского района, краеведа, историка, географа Александра Васильевича Кузнецова. Эта новость стала громом среди не то чтобы ясного, но уж точно не грозового неба. Да, Александр Васильевич долго болел, но при этом путешествовал, плодотворно работал, постоянно был на связи. Два своих последних текста он написал для альманаха «Соль Тотемская: от Средневековья до наших дней», который увидел свет в начале 2022 года.
Вклад Александра Кузнецова в изучение истории и географии Тотемской земли неоспорим и ещё долго будет непревзойдённым: добрая четверть краеведческих альманахов «Тотемский край» и «Толшма», более трёх десятков собственных книг, множество статей в периодике, заметки в социальных сетях... Я рад, что нашему музейному объединению и мне лично удалось деятельно поспособствовать в деле присвоения Александру Васильевичу – по нашей инициативе и при огромной поддержке тотьмичей – звания почётного гражданина Тотемского района.
Мы познакомились достаточно поздно, когда я уже стал директором музея, но как-то быстро почувствовали нужность друг другу и схожесть интересов. Барьеры, связанные с возрастом и статусом, были на удивление быстро преодолены. Уже сейчас, изучая творческое наследие краеведа, я увидел в одном из его материалов фразу о том, что человеку нужно общаться с людьми сильно старше и сильно младше себя. У старших ты опыт берёшь, младшим передаёшь. Так жил и Александр Васильевич, который одинаково хорошо общался и с 85-летним художником Сажиным, и со мной – хотя я ему в сыновья годился. Для меня самого общения с «сильно старшими» хватало всегда, а вот фраза про «сильно младших» раньше была как-то не очень актуальна. И вот благодаря моему недавнему опыту преподавания в вузе ситуация изменилась – и хочется верить, что новое поколение точно будет лучше нас…
С Александром Кузнецовым мы общались и в Тотьме, куда краевед заглядывал частенько, и в Усть-Печеньге, где он жил до 2018 года, – но всё-таки нашим основным форматом общения был экспедиционный. Таких незабываемых краеведческих путешествий, какие были с Александром Васильевичем, у меня уже, наверное, не будет никогда. Потому что не будет таких эрудированных собеседников, знатоков края с отменным чувством юмора и особым взглядом на мир – когда в каких-то вопросах вы можете в корне не сходиться, но при этом понимаете друг друга с полуслова.
За то время, что «Рено» Александра Васильевича наматывал километры по дорогам Русского Севера, мы успевали обсудить массу всего интересного – попутно обращая внимание на заоконные рельеф, застройку, топонимику. Иногда это превращалось в совершенный праздник души. У Кузнецова был удивительный талант говорить какие-то до ужаса забавные вещи абсолютно серьёзным тоном – так, что потом следовали минут семь безостановочного смеха до слёз.
Я уж молчу, что в этих путешествиях мы делали то, что не придёт в голову обычному человеку, не заражённому бациллой любви к краеведению: залезали вперёд головой под цивозерскую колокольню, покоряли на вёсельных лодках (не умея плавать) Соезеро, откапывали застрявшую машину из песка на Согре и из снега в чухломских лесах – потому, что жажда познания была иногда сильнее, чем возможности французско-русского автопрома. Один раз мы ехали по зимнику, который не был отмечен ни на одной карте и даже не просматривался со спутника – и нас посреди глухого и дикого леса встречали угрюмые бородатые лесорубы совершенно бандитского вида.
Конечно, наши пути в основном пролегали по местам, не предусматривающим какой-то бытовой комфорт, но Александру Васильевичу он будто бы и не был нужен. В наших путешествиях он всегда искал самую простую столовую с металлическими стульями и алюминиевыми вилками. Если видел в кафе диванчики – это было для него уже слишком буржуазно, он морщился и говорил: «Поехали, поищем что-нибудь совсем обычное». Иногда в качестве «совсем обычного» выступали сельмаги. Мы останавливались у самых колоритных, с засовами на дверях и печками внутри, покупали какой-нибудь кефир с булкой и дальше ехали на живописную окраину деревни, где было видно всю округу на добрый десяток километров. Жевали хлеб, запивая кефиром, любовались пейзажами, обсуждали историю и топонимику места, и обязательно в конце следовало удручённое: «Эх, ну что же людям здесь не живётся, почему они уезжают? Ведь столько поколений здесь жило всегда!» – и в этих словах краеведа, хотя и произносились они без всяческого надрыва, чувствовалась какая-то и личная боль.
Сейчас в некрологах люди слегка недоуменно пишут: какой был человек, не затерялся бы в вузе, мог бы быть кандидатом и доктором наук, а вот поди ж ты, всю жизнь прожил в деревне, где работал простым сельским учителем. Я тоже всё пытался поначалу как-то расспросить Александра Васильевича: почему, зачем? – и он мне всегда как-то удивлённо отвечал о том, что он ни о чём никогда не жалеет, ему нравится жить в деревне и заниматься на досуге краеведческими трудами. Особенно сейчас, когда есть Интернет, и все библиотеки с архивами стали гораздо ближе.
В поездках с Александром Кузнецовым родилась и идея полновесной краеведческой конференции на базе нашего музея – просто потому, что очень хотелось налаживать связи между прекрасными территориями Русского Севера, разорванными искусственными границами регионов. Сам Александр Васильевич всегда писал что-то в сборники конференций и вовсю поддерживал наши начинания – но, вот парадокс, сам никогда с докладами не выступал и даже слушателем не приезжал. Более того, он не был даже ни на одной презентации своих книг. Я тоже допытывался, почему так – и получал в ответ: «Зачем смотреть на краеведа? Надо читать его труды».
Вообще, феноменальная скромность Александра Васильевича, нежелание быть где-то «на передовой» иногда играла с ним злую шутку. Когда мы бились за присвоение ему статуса почётного гражданина района, 30 написанных им книг для депутатов не были очевидной заслугой. Во-первых, они многого из того не читали (и когда увидели книги краеведа, принесённые мной в администрацию, даже удивились), а во-вторых, им надо было подавать «активную жизненную позицию». А с ней у краеведа всегда были сложности – он не всех пускал в свой мир и страшно не любил принуждения к чему бы то ни было. Встала общественница и начала вспоминать: вот, мы к нему приехали в деревню, привезли целый автобус педагогов, знакомить с нашим великим учителем и краеведом, гордостью района, а он к нам даже не вышел, сказал: «Я пошёл дрова колоть» – это как вообще?!...
Да, и в этом тоже был весь Кузнецов. Вспоминаю, как на презентацию первого издания альбома «По следам тотемского барокко» он приехал в Тотьму с опозданием на час, терпеливо дождался в машине, пока выйдут все чиновники, и только потом «проявился» – когда в зале остались только дети, участники краеведческих экспедиций. И ребятам он альбомы подписал с удовольствием...
И тем ценнее на расстоянии времени видится факт того, что на самой первой тотемской «Ночи в музее» в 2014 году по моей просьбе Александр Васильевич вышел в люди – небывалое событие – и весь вечер провёл в общении с гостями мероприятия. Это был важный жест поддержки молодому директору.
К Александру Кузнецову тянулись люди – и неслучайно наши экспедиции, начинавшиеся исключительно в формате «сообразим на двоих», стали со временем привлекать всё больше народа – сотрудников Тотемского музея, друзей, участников наших мероприятий. И сейчас мне всё отчётливее кажется, что это из-за Александра Васильевича, который никогда не был в центре внимания, но вокруг которого – парадокс – всё, в общем, и происходило.
Тарнога, Солигалич, Асташово, Кологрив, Лальск, Красноборск, верхнее и среднее Подвинье, Верхняя Тойма, Черевково, Луптюг, Шенкурск, Виледь, незабываемые Каргополье и Кенозерье, феноменальные Пинега и Мезень, наконец, Прибайкалье – столько дорог любимого Русского Севера было пройдено в компании с этим эрудированным краеведом, что после каждой из них было невозможно не вернуться на родину другим человеком. Из этих путешествий – корни множества начинаний Тотемского музейного объединения…
Альбом «По следам тотемского барокко» родился из очерка Александра Кузнецова «Тотемские картуши-клейма от А до Я», который краевед публиковал по частям в районной газете «Тотемские вести». Александр Васильевич собирался выпустить этот очерк в качестве отдельного небольшого издания – но размах мыслей молодого и чересчур амбициозного автора этих строк внезапно позволил реализовать идею иллюстрированного альбома-путеводителя, над которым мы работали совместно на протяжении нескольких лет.
История создания и формирования данной книги осталась в мегабайтах сообщений в социальной сети «ВКонтакте»: от планирования совместных поездок до уточнения деталей по каждому памятнику. В ходе работы я отвечал за «внешние связи», переписываясь с Михаилом Мильчиком, Львом Масиелем Санчесом, встречаясь и общаясь с Игорем Медведевым, путешествуя в Сольвычегодск и Иркутск, изучая архив Станислава Зайцева и фонды ТМО – и впоследствии направляя свои суждения по итогам всего этого Александру Кузнецову. Последнее слово всегда было за ним.
Мне краевед дал возможность написать вступление и заключение, вставки с поясняющей информацией для туристов, все дополнения, полученные нами от местных жителей в ходе краеведческих экспедиций, а также позволил стилистически поправить описания церквей и сделать их «более красочными». Также за мной оставались сопровождение грантового проекта (от написания заявки до финального результата) и координация работы с издательством. Следует также сказать, что важную часть работы по фотосъёмке для книги осуществила сотрудник Тотемского музейного объединения Александра Гросс, фактически внёсшая не меньший вклад в формирование альбома.
Результат трудов, по-видимому, был для Александра Васильевича приятным: в переписке ВКонтакте осталось довольно лаконичное (в фирменном стиле краеведа), но радостное сообщение: «Качество печати выше всяких похвал. С форматом А4 мы тоже не прогадали - смотрится очень солидно. Спасибо тебе ещё раз за все хлопоты по изданию этой книги!». Впоследствии случилось второе издание «Барокко», а потом совместно мы сделали ещё один альбом – краеведческий путеводитель по Тотемскому району, выпущенный в 2019 году в издательстве «Порт-Апрель».
В 2018 году ввиду состояния здоровья Александр Васильевич отбыл на постоянное место жительства в Вологду. Но всё равно он незримо был где-то рядом с нами: консультировал по всем нашим проектам, одобрял или не одобрял новые идеи, писал статьи для наших альманахов, корректировал музейные тексты. К нему можно было обратиться в любое время года и любое время суток – и всегда было ощущение, что ты получишь поддержку.
Последние годы, когда я спрашивал краеведа о творческих планах, он отвечал уклончиво: мол, многое уже написано. Но при этом вносил свою лепту практически в каждый наш проект, создавая статьи на любую заданную тему, будь то гидрография реки Толшмы или топонимика Варниц. Поражаешься, какое широкое наследие оставил нам этот удивительный человек – и страшно горько от осознания того, сколько всего из того, что он знал, уже никогда не появится на бумаге. Какой его возраст! Он мог бы ещё десятилетия жить и творить!
Впрочем, сам Александр Васильевич никогда не посыпал голову пеплом и будто бы философски относился к тем неприятностям, что происходили с ним и его здоровьем в последние годы. Конечно, он переживал это, и наверняка переживал сильно, но никогда не говорил об этом и не давал к тому каких-то поводов. И хочется запомнить его таким: жизнелюбивым, оптимистичным, в хорошем расположении духа за рулём своего «Рено» исследующим очередную дорогу, очередной куст деревень Русского Севера.
Лёгкой Вам и доброй последней дороги, Александр Васильевич.
-
С Александром Васильевичем Кузнецовым я познакомился в начале девяностых годов прошлого столетия. Несмотря на солидную разницу в возрасте (в 30 лет) мы как-то сблизились, нашли общие точки соприкосновения по всем вопросам и проблемам. Товарищеские поначалу отношения переросли в настоящую мужскую дружбу, чем я всегда дорожил и гордился.
Александр Васильевич учительствовал и вёл внеклассную работу в школе, но основной пласт его интересов был сосредоточен на исследовании своего родного края, и не только его. В некоторые постоянные свои путешествия он брал и меня, как он говорил «чтобы быстрее вписать в тотемское пространство». Непосредственно по Тотьме показал мне места, куда я до него не заглядывал, да и навряд ли когда-нибудь и осмотрел. А однажды специально повёз меня по деревням правого берега реки Царевы, о существовании которых я даже не подозревал.
Некоторые объекты его интересов ставили меня в тупик. Побывав на моей малой Родине в деревне Согрищево Грязовецкого района, его вдруг заинтересовало упоминание односельчан о некоем камне, торчащем среди болотистой почвы. Иногда он тонул, иногда вылезал наверх, был таким «плавающим». Я не знал ещё, что о Бог весь как оказавшихся в самых неподходящих местах валунах, он даже выпустил отдельную книжку. Правда поискать в тот раз артефакт нам не удалось, пошёл дождь, глинистая сельская дорога стала не проезжей и мы заторопились выехать на асфальт трассы Вологда - Шуйское. А когда оказались на прочном основании, Александр Васильевичу захотелось увидеть Междуреченскую знаменитость – местечко Святогорье.
Но осматривать было уже нечего. На месте почитаемой старшим поколением Святой горы оказался глубокий котлован. Стоявшая на высоком песчаном холме и потому видимая издалека белая церковь и сопутствующий погост – всё пошло на подсыпку межрайонной автомобильной магистрали.
Меня всегда поражало глубокое видение тех проблем, которое он изучал. Александр Васильевич исследовал интересующие его вопросы «до корней», а потом старался, чтобы конечные результаты как можно шире доходили до нас, людей. Сотни публикаций в газетах и журналах, десятки брошюр и солидных томов в периодике! И это всё не отрываясь от основной работы! Я благодарен ему, что у меня сохраняется дюжина его работ (не специфического анализа) с душевными, памятными автографами.
Как-то я спросил его: «Александр Васильевич, твои книги тянут не только на кандидатскую диссертацию, и на звание доктора наук?». С улыбкой и душевный простотой он ответил: «Да зачем мне все это? Мне предпочтительнее быть просто учителем, без званий и наград. Главное, к чему стремлюсь, поднять интерес у людей к своему родному краю, его истории, его потомкам». И это его жизненное кредо.
А теперь о главном, что он сделал для меня лично. Выйдя на пенсию в неспокойные девяностые, я решил заняться живописью, интерес к которой у меня не пропадал никогда. Иначе говоря, сесть в последний вагон уходящего поезда, в своё время на который не попал, первые творческие опыты далеко не удовлетворяли меня, картины писались в муках. И был удивлён заинтересованностью к моим потугам Александра Васильевича, дружба с которым только начиналась. Он как-то живо вникал во весь творческий процесс, фотографировал каждую картину, давая порой дельные советы и замечания.
Видя мои шараханья в подражании технике рисования то одного, то другого художника, он посоветовал: «Остановись в подражательстве, совершенствуй тот стиль, который тебе нравится, который у тебя лучше получается». Дельный и вовремя выданный совет. Примерно то же самое впоследствии высказал мастер своего дела, великие живописец Юрий Волков, ставший мне наставником и другом. К глубокому сожалению, оба рано ушли из жизни.
Я не знал тогда того ещё об Александре Васильевиче, почему он так хорошо знал изобразительное искусство. В его домашней библиотеке оказалось достаточное количество книг вологодских художников, он был лично знаком и с руководителем художественной галереи товарищем Воропановым. Потом узнал о его дружбе со своим односельчанином, тоже самодеятельным художником Георгием (Жоржем) Поповым. Раньше Усть-Печеньга славилась в художественной среде как Мекка у паломников. Часто и дружно они навещали и рисовали здешние места. Например, у меня некоторое время жили и творили ставшие теперь народными художниками вологжанин Валерий Страхов и москвич Николай Третьяков. С картиной «Весна на Усть-Печеньге» Валерий Страхов побывал на выставке в Китае. Александр Васильевич нередко своих гостей приводил для знакомства и в мой дом. Так я познакомился с вологодским мастером живописи Евгением Молевым, который единственный, пожалуй, в последнее время постоянно здесь бывает. Таким же образом встретились с писателями Дмитрием Ермаковым, Анатолием Ехаловым и другими узнаваемыми лицами.
До поры до времени я не подозревал, а Александр Васильевич скромно умалчивал, что он был хорошим рисовальщиком. Пока не подарил мне свою книжку «Сод вологодских волоков» с автографом «Живописцу Бараеву от графика Кузнецова». Это произведение отличается от других его изданий тем, что весь текст написан вручную изумительным почерком с 52 иллюстрациями – рисунками автора. Книга выпущена тиражом в 100 нумерованных экземпляров с личной подписью автора. У меня хранится экземпляр под номером 91.
А ещё Александр Васильевич был постоянным и активным участником российских и международных конференций по экслибрису, то есть книжным знакам. Александр Васильевич лично нарисовал около 150 экслибрисов по просьбам других участников. Некоторые из них вошли в сборник знаков, выпускаемых после каждой конференции.
Можно сказать, что Александр Васильевич буквально пестовал меня как художника. Ещё до первой официальной выставки в 2004 году в Тотемском музейном объединении, он знакомил будущих зрителей, неоднократно публикуя в «Тотемских вестях» мою биографию, заочно знакомил с моими картинами. (Обзорные статьи в газете «Живёт художник в деревне Мыс», «Сухона - любимая река»). Естественно, он и очно высказался о выставке, которая и открылась благодаря его личному участию.
Он умудрился поместить в популярном в те годы журнале «Пятницкий бульвар» (издатель Быков Александр, он же редактор) большую подборку фотографий картин и объемистый текст рецензии. Замахнулся и на издание в толстом журнале «Лад», отослав в редакцию записанный на диске материал о моём творчестве по тематике «Море». К сожалению издание журналов в тот год залихорадило, «Лад» прекратил своё существование на несколько лет, а сейчас выходит один экземпляр в год. Естественно, время ушло.
Уход из жизни близкого мне по духу товарища и прекрасного человека на пике жизненного пути был просто ошеломляющим для меня. Он и сейчас видится мне очень живым, полным сил. Буквально за три дня до кончины мы виделись и условились, что он придёт ко мне посмотреть отобранные к выставке по случаю 90-летия картины. Не случилось.
И в заключение. Наследие этого человека огромно. Нельзя допустить, чтобы оно затерялось в суетном времени, или просто пылилось на книжных полках и со временем забывалось. Что мне хотелось видеть, чтобы этого не произошло. Во-первых, надо бы систематизировать и переиздать в собрании весь разрозненный материал. Многие интересные работы в своё время выпускались малым тиражом, порой в непривлекательном оформлении. Статьи и публикации собрать и классифицировать в специальный сборник. Во-вторых, выполнить, наконец, заветную мечту Александра Васильевича – изучать молодому поколению всё, что он добыл своим подвижническим делом. Хотя бы факультативно в школах Тотемского района, а там виднее будет. В-третьих, это очень важно для жителей Усть-Печеньги – создать музей памяти знатного земляка, в квартире, где жил и создавал уникальные творения Александр Васильевич.
Словом, надо действовать. И начинать с памятной доски – знак уважения почётному гражданину Тотемского района.
-
Так уж получилось, что Александр Васильевич Кузнецов (тогда, конечно, просто Саша) был первым из моих будущих однокурсников, с кем я познакомился. Произошло это совершенно обыденно. Стояло замечательное лето 1980-го, когда я, недавний солдат, приехал в Вологду поступать в пединститут. Сдал документы в приёмную комиссию, устроился в общагу на Лермонтова. И отправился погулять, начать знакомство с Вологдой. Когда вернулся в общежитие, в комнате встретил высокого светловолосого парня. Познакомились. Это и был Саша Кузнецов из Тотемского района.
Занятно, что почти полтора десятка лет спустя история с комнатой в общаге почти «повторилась». Приехал я зимой 94 – 95 года на краткосрочные курсы учителей географии. Поселился в общежитие на Козлёнской. Сижу в комнате. Открывается дверь и входит… Конечно же, Александр Васильевич собственной персоной!...
Поступали мы, оказалось, на одно и то же отделение географии и биологии естественно-географического факультета. Больше к нам никого не подселили, и время «абитуры» мы так вдвоём и провели. Вместе готовились к экзаменам, а для просветления мозгов отправлялись бродить по Вологде. Благо, жили в самом её центре. Первым делом посетили краеведческий музей. А вот взобраться на колокольню Софийского собора не удалось – она была закрыта для посещений.
Из вступительных экзаменов наибольшие затруднения у обоих вызвала, помнится, химия. И вчерашний школьник Кузнецов её знал не слишком твёрдо, поскольку в круг его интересов сей предмет не входил… А я за три прошедших со времени окончания школы года основательно подзабыл даже то, что, возможно, знал… Сидели, зубрили. Поступили.
Кстати, в разговорах выяснилось, что Александр Кузнецов, в отличие от меня, всерьёз занят краеведением. Топонимикой он уже тогда интересовался. Были и первые публикации в районной газете.
На первом курсе мы были зачислены в параллельные группы. В большом общежитии на Городском валу жили в разных комнатах. Потому виделись лишь на лекциях. А вот со второго курса Александра поселили в нашу комнату. И прожили бок о бок три года. Что и говорить, неплохое было время! Летом 1982 года была ещё экспедиция в Вытегорский район. Занимались изучением примечательных природных объектов, которые по итогам экспедиции получили статус охраняемых: заказников и памятников природы. Руководителями экспедиции были Николай Петрович Антипов и Герман Алексеевич Воробьёв. Ещё несколько преподавателей нашего факультета выполняли работы по своей научной специальности. И при них – несколько студентов, в том числе и мы с Александром. Он был лаборантом у Воробьёва. Великолепная природа северо-запада области, озёрный край. Разве такое забудешь?
Когда Александр Кузнецов стал вести в газете "Вологодский комсомолец" географическую страничку "60 параллель", по его просьбе было написано несколько заметок и мной. А потом был выпускной, и разъехались мы все в разные концы области (а потом – и страны). Большинства своих однокурсниц и однокурсников так, увы, и не встречал с тех пор. С Кузнецовым виделись несколько раз. Планировали увидеться ещё…
Год назад по его заказу написал статейку о «малоизвестных съедобных грибах вологодских лесов» для альманаха «Сухона»… Кто ж знал…
-
В истории Усть-Толшменской школы был такой период, когда часто менялись директора школ. Именно в этот период, в 1985 году, и появился в Усть-Толшме Кузнецов Александр Васильевич. А точнее появилась в селе Красное семья молодых учителей с ребенком – Кузнецовы Александр Васильевич и Татьяна Валентиновна с дочкой Машей. С Кузнецовыми мы были соседями, жили в одном доме. Мы, Новоселовы, занимали большую комнату, а Кузнецовы жили в маленькой комнате, как бы раньше сказали, в горнице, на втором этаже бывшего купеческого дома. В обеих комнатах были обустроены квартиры для учителей.
Поселившись, Кузнецовы стали налаживать свой быт, знакомиться с жителями села, с окрестностями. А мы, в свою очередь, наблюдали за молодыми учителями. Первое, что бросилось в глаза, это то, что они были очень скромные, интеллигентные и вежливые всегда.
Александра Кузнецова на педсовете нам представили как очередного директора Усть-Толшменской школы. Александр Васильевич – высокий, сухощавый, подтянутый молодой мужчина с красивой выправкой. Когда шел по школьному коридору, в его походке чувствовались собранность и уверенность. Он постепенно стал вникать в школьные дела, в административную работу. Не стеснялся, не считал зазорным спросить совета у более опытных учителей. Иногда сетовал на то, что много времени отнимает хозяйственная работа. Ведь директор сельской школы отвечает за всё в школе. Помимо расписания уроков и текущих учебных вопросов, он отвечает за обеспечение школы дровами, за то, чтобы их распилить, расколоть, уложить в поленницы. Он должен закупить и привезти откуда-то материалы для ремонта школы по окончании учебного года: кисти, валики, тряпки, разных цветов краску, электрические лампочки. За содержание отопительных печей в хорошем состоянии тоже отвечает директор, да и за многое другое.
Испытав в 1979-1980 годах всё это на себе, я полностью была согласна с Александром Васильевичем: «Директорская работа почти не оставляет времени для непосредственных занятий с детьми, для творчества, для исследований». Может быть, это и было одной из причин того, что в 1987 году семья Кузнецовых переехала в Усть-Печеньгу. А ещё у нас не было детского сада. К этому времени у Татьяны Валентиновны и Александра Васильевича было уже двое детей. Как работать, если некуда их пристроить?
Помимо того, что Александр Васильевич был директором школы, он вел еще географию. Многие ученики заметили, что, оказывается, география – интереснейшая наука! Он мог так увлекательно рассказывать, что материал хорошо запоминался. Хотелось почитать и учебник, и что-то из дополнительной литературы, найти там то, что учитель не говорил на уроке. А потом при проверке домашнего задания блеснуть своими знаниями. Я как классный руководитель 8 класса заметила тоже, что успеваемость по географии в 8 классе, да и в других классах тоже, повысилась. Это была, несомненно, заслуга Александра Васильевича. Он умел в привычных вещах, явлениях природы увидеть интересное, заразить этим интересом других людей. Думаю, что не было ни одного школьника, который бы плохо отозвался об Александре Васильевиче и его учительской работе. Наоборот, мои выпускники-восьмиклассники жалели о том, что только один год довелось им поучиться у Александра Васильевича.
Мне, как учителю, тоже было интересно посетить уроки Александра Васильевича и принять его на своих уроках. Помню, был урок по теме «Парообразование». Тема близкая как учителю физики, так и географу. Я – приверженец того, что детям надо дать возможность получить знания самим, чтобы всё увидели сами на опыте, сами провели эксперименты. Урок и был построен по такому принципу. Чтобы материал лучше запоминался, рассказ учителя, обобщение результатов опытов сопровождались лаконичными рисунками на доске и в тетрадях, т.е. велся своего рода конспект. Помню, что построение урока очень заинтересовало Александра Васильевича. Он дотошно расспрашивал при его анализе все подробности.
Довелось и мне побывать на уроках Александра Васильевича. Очень вежливый, уважительный по отношению ко всем ученикам тон разговора, неспешный рассказ с использованием географических карт, в котором приводилось много примеров на местном материале. Вот что осталось в памяти. Тогда я и узнала, что Александр Васильевич со студенческих лет занимается краеведением, исследованием земли Вологодской. Всё это мне было близко по духу. А позднее не раз приходилось пользоваться статьями и книгами коллеги.
Пишу и думаю, как много всего хорошего было собрано в этом человеке! Но не могу не отметить и то, как щедр был Александр Васильевич! Как щедро делился он с нами своими знаниями, находками и открытиями! Помню, не было в библиотеке у нас книги Кузнецова А.В. «Тотемский ономастикон». А нужна она была очень! Заказала через нашего библиотекаря книгу в районной библиотеке. Привезли. Но ведь время пользования книгой ограничено. Заранее тоже не спланируешь, что еще из этой книги потребуется. Спросила у Александра Васильевича, нет ли лишнего экземпляра, чтобы купить книгу. И вижу через некоторое время, что он выставил эту книгу в новостной ленте во ВКонтакте с припиской что-то вроде: «Кому надо, пользуйтесь». Конечно же, скачала книгу. За спасибо! А ведь кто-то бы «сделал деньги» на такой востребованной книге.
Не надо думать, что Александр Васильевич всегда был серьезен, сосредоточен только на работе. Нет, в хорошей компании – он был ее душой! Веселился, шутил, участвовал в конкурсах, танцевал, плясал и улыбался своей широкой и светлой улыбкой.
Осталась в соцсети моя переписка с Александром Васильевичем. Много моих «Почему?» и «Где?» и короткие, но со знанием дела ответы Александра Васильевича. Не отписки, именно, ответы! И несколько моих ответов на его вопросы по Усть-Толшменским местам. В двух его сборниках «Сухона» мои статьи, на написание которых сподвиг меня Александр Васильевич.
В 2020 году случайно встретились с ним в Тотьме. Заметила, что он выглядит не вполне здоровым. Осторожно поинтересовалась: «Как дела? Как здоровье?». Александр Васильевич поделился своими ближайшими планами, над чем он сейчас работает. А о здоровье отговорился: «Ну, Татьяна Михайловна, кто сейчас в нашем возрасте здоров?». В сообщении во ВКонтакте пишу ему позднее: «Александр Васильевич, берегите свое здоровье!» Не поберёг… Выкладывался на все 100%! Это был удивительно цельный человек, великий труженик и настоящий ученый!
-
Моё знакомство с Кузнецовым Александром Васильевичем состоялось в августе 1995 года, когда после окончания Вологодского педагогического колледжа я приехала работать учителем начальных классов в Усть-Печенгскую школу. Меня встретил очень дружный и опытный коллектив педагогов.
Александр Васильевич преподавал географию, физическую культуру и изобразительное искусство. Такое разнообразие предметов для одного учителя отличает сельскую школу от городской. Те, кто хорошо знают Александра Васильевича, не будут удивлены, он очень профессионально справлялся с такой учительской нагрузкой. Александр Васильевич глубоко знал свой профильный предмет, умел заинтересовать детей, передать учебный материал доступным для учеников способом, ребята очень любили географию, имели хорошие знания по этому предмету, выбирали географию при сдаче выпускных экзаменов. Со спортом Александр Васильевич всегда дружил, спортзал школы был открыт не только в дневное время, но и вечером. Заканчивались спортивные секции у учеников, в спортзал приходили играть выпускники школы и взрослое население. О том, как замечательно рисовал Александр Васильевич, знают все, кто хоть раз держал в руках книги этого замечательного автора, уроки рисования проходили очень интересно и познавательно. Когда количество учеников в школе сократилось, и из средней Усть-Печенгская школа стала основной, к преподаваемым краеведом предметам добавилась еще и история. Он всегда гордился тем, что работает учителем сельской школы.
Александр Васильевич прививал детям любовь к своему родному краю, им была разработана авторская программа по краеведению, ребята изучали историю Тотемских территорий, ездили на экскурсии по населённым пунктам района, памятным и приметным местам.
Стараниями Александра Васильевича в Усть-Печенгской школе долгие годы издавалась школьная газета, он учил ребят писать заметки и делать репортажи.
В 2008 году в районе проходил конкурс «Любимый учитель», в Усть-Печенгской школе большинством голосов это звание было присуждено Кузнецову А.В., и он представлял школу на районном уровне.
Александр Васильевич имел авторитет среди педагогов, учеников и родителей. Умный, в меру строгий, очень справедливый и скромный, всегда готовый оказать помощь, как в жизни, так и в профессиональной деятельности. В коллективе о своих краеведческих исследованиях Александр Васильевич почти не рассказывал, каждую свободную от работы минуту занимался любимым делом. О его исследовательских поездках, о выходе новой книги мы узнавали из других источников.
Я всегда обращалась к Александру Васильевичу за помощью, если для подготовки к уроку была нужна информация об истории родного края, знала, что всегда получу очень подробный и исчерпывающий ответ.
Когда мне предложили стать директором Усть-Печенгской школы, Александр Васильевич поддержал меня и заверил, что он сам и коллеги будут помогать в работе.
В своей профессиональной деятельности я очень часто вспоминаю Александра Васильевича, очень рада, что мне посчастливилось 20 лет работать вместе с таким замечательным человеком. Многие выпускники, уходя из стен школы, хотели стать похожими на Александра Васильевича, оканчивали высшие учебные заведения и заняли достойное место в жизни.
-
С Александром Васильевичем Кузнецовым мы однокашники. Учились в одном ВУЗе, на одном факультете и по одной специальности: учителя географии и биологии. Только он учился на 2 года старше. Моё знакомство с Александром случилось как раз еще в пору учебы в Вологодском педагогическом институте. В октябре 1982 года, нам первокурсникам «ест-гео» предложили различные кружки при кафедрах, в том числе географический кружок. Подумав, вся мужская часть курса пришла именно на этот кружок. На первом занятии нас познакомили с программой кружка на год и членами кружка – старшекурсниками. Среди них был и Александр Кузнецов.
Поскольку в летний период кружковцы принимали участие в различных природоведческих экспедициях по области, нам также необходимо было определиться. Большая часть студентов приняли в озёрную экспедицию, в которой принимал участие и А. Кузнецов. Мне предложили флористическую экспедицию от кафедры ботаники, в которой я принимал в последующем участие на протяжении 6 лет.
По окончании института А.В. Кузнецова направили работать директором в Усть-Толшменскую школу Тотемского района. Через 2 года, после окончания института я также получил направление на работу в должность директора этой же школы, так как молодой семье Кузнецовых предложили учебную нагрузку в Усть-Печенгской школе и место оказалось вакантным.
Осознавая, что предлагаемая должность не из легких, я принял решение встретиться с директором школы А.В. Кузнецовым, чтобы выяснить все, что интересовало. Летом 1987 года мы с Александром пересеклись в Тотьме, и на этой встрече он достаточно четко и с легким юмором, присущим только ему, поведал о делах в школе. Хотя в целом, Александр Васильевич не с восторгом отзывался о работе директора сельской школы и говорил, что это «не моё».
С мыслями, что страшного вроде ничего нет, я настроился на работу в селе Красном. Но поработать в Усть-Толшменской школе мне так и не довелось. На распределении в РОНО меня отправили директором Великодворской школы, строить новое здание, которая располагается по соседству с Усть-Печенгской школой. Обе школы входили в одно кустовое методобъединение, а это означало, что педагоги не менее 2-3-х раз в год проводили совместные методобъединения, на которых посещали уроки, обменивались опытом, делали доклады.
И вот с этого времени начинается очень тесное сотрудничество с А.В. Кузнецовым. Мне неоднократно приходилось приезжать в Усть-Печеньгу со своими учениками в походы. Александр Васильевич приходил к нам в полевой лагерь и учил нас способам поиска древних окаменелостей или орудий труда древних людей по берегам реки Сухоны. У нас неплохо получалось, и с собой мы увозили целую коллекцию находок.
Однажды, в ходе работы методобъединения в Великодворской школе Александр Васильевич спросил у меня о старожилах Великодворья.
– А с какой целью они заинтересовали? – спросил я.
– Да есть здесь интересные места, а информации по ним мало. Вот и хочу спросить у старожилов, может они что скажут, – ответил Александр Васильевич.
Меня, конечно, заинтересовало, о каких же местах идет речь, может, я что знаю. Александр Васильевич обозначил 3 места: 1. Место железорудного завода под д. Подлипное; 2. Блохина гора; 3. Ручей Шахтыш.
Поскольку я совсем немного еще пожил в Великодворье, слышал только два последних названия. А подробностей еще не знал, поэтому помочь ничем не смог. Но к некоторым старожилам Александр Васильевич все же сходил. Возможно, их информация и натолкнула его на дальнейшие исследования этих вопросов. Позднее, Александр Васильевич опубликует свои находки и по железорудному заводу, и по Блохиной горе, и по Шахтышу. Он неоднократно еще будет приезжать в Великодворье, ходить по окрестностям в поиске ответов на тайны прошлого.
Наиболее тесное сотрудничество у нас состоялось в ходе подготовки материалов энциклопедического краеведческого сборника «Тотемский край», составителем и редактором которого я являюсь. Александр Васильевич был членом команды данного многолетнего проекта, активным автором материалов, мудрым критиком и ценным консультантом. Им подготовлено 22 параграфа из 142. Он характеризовал сборник как «удивительный». А его оценка данного коллективного труда достаточно весома.
В сентябре 2021 годы мы с ним строили планы по новому краеведческому сборнику «Истоки Стрелицы» о Биряковской округе. Но, к сожалению, он не успел подготовить материал в сборник. В память о нём мы разместили в этом сборнике заметку о реке Стрелице, которую краевед опубликовал при жизни на своей странице ВК.
В прошедшем времени никак не хочется говорить о А.В. Кузнецове. С ним хочется работать, творить, создавать новое.
-
Александр Васильевич Кузнецов был моим учителем в Усть-Печенгской средней школе. Его класс географии представлял собой уникальное пространство. Каждый квадратный сантиметр стен был заполнен познавательным материалом, подобранным с каким-то только ему присущим чутьем и вкусом. Я часто погружался в эту вселенную, напрочь выпадая из темы урока. При этом удивительным образом проблем с усвоением предмета не было.
Подоконники представляли собой настоящий ботанический сад. Десятки растений из разных климатических зон планеты с указанием латинского названия и страны происхождения. У стены напротив на нескольких стеллажах была экспозиция находок нескольких поколений учащихся школы из многочисленных походов на места стоянок древнего человека. Каменные копья и стрелы, зубы мамонтов – всё это с указанием фамилии нашедшего. Надо ли говорить, как хотелось, чтоб твоя фамилия оказалась в этой экспозиции рядом с собственной находкой. Александр Васильевич такую возможность предоставлял с 5 класса, водя нас в походы в устье реки Царева.
Александр Васильевич преподавал географию, физкультуру и рисование. Он гениально сочетал такие разные на первый взгляд дисциплины. Во время километровых переходах на лыжах ты узнавал, почему это болото называется именно так, как оно называлось раньше, и что это обозначает. На рисовании была тема «Все флаги в гости к нам» и в творческой форме ты закреплял мировую географию. Мы рисовали древнеславянскую азбуку и героев из книг, которых параллельно изучали на литературе. На географии, казалось, любую тему он может связать с родным краем, делая её максимально наглядной. Мы смотрели фильмы на старом кинопроекторе и изучали происхождение фамилий одноклассников. С Александром Васильевичем мы в течении месяца могли выехать на районную предметную олимпиаду, соревнования по футболу и в качестве докладчиков на научную краеведческую конференцию.
В 11 классе мы издавали с ним школьную газету. После нескольких выпусков он полностью доверил мне наполнение газеты, выступая в роли редактора. Через несколько лет было гордо, что он читает мои материалы в районной газете.
-
Александр Васильевич Кузнецов…
Это имя с гордостью произносят краеведы, его земляки и мы, библиотекари. В фондах тотемской библиотечной системы насчитывается более 40 названий его книг, которые пользуются заслуженной популярностью среди читателей и гостей библиотек. В свое время с Александром Васильевичем был заключен договор о передаче неисключительных прав на использование произведений, поэтому часть его изданий размещена на сайте учреждения в разделе «Электронная библиотека».
Центральная районная библиотека им. Н. Рубцова не раз проводила тематические вечера, презентации его книг и каждый раз я как директор вела разговор о его личном участии в них. Но Александр Васильевич – очень скромный человек, всегда отказывался и отвечал: «нет желания встречаться с незнакомыми людьми». Но однажды мне все-таки удалось его уговорить, и Александр Васильевич пришел в Усть-Печенгский филиал на встречу с участниками четвертой Всероссийской школы сельского библиотекаря, которая проходила на базе ЦБС в 2014 году. Вступительная речь его была недолгой. Когда же участники встречи начали задавать вопросы, краевед раскраснелся, разговорился и поразил присутствующих глубокими знаниями и умением излагать факты из истории своих исследований. Наши гости – представители разных регионов России и республики Польша отметили широту его научных интересов и то, сколько легенд, преданий, местного фольклора отразилось в его очерках. Оказалось, что большинство гостей давно интересуются его краеведческими изысканиями и специально привезли с собой книги Александра Васильевича, чтобы получить автограф.
Я бесконечно благодарна Александру Васильевичу за эту встречу, за все подаренные библиотеке книги (13 из них с автографом). Книжная выставка «Географ. Писатель. Краевед» в библиотеке на его родине и книжная экспозиция центральной районной библиотеки им. Н. Рубцова – это дань величайшей благодарности уважаемому земляку за все его труды, которые интересны нам и будут интересны будущим поколениям.
А еще я имела честь общаться с этим начитанным, очень обаятельным человеком, посещая мероприятия Усть-Печенгской школы, где Александр Васильевич долгое время работал учителем, на праздниках деревни Устье и просто проходя мимо его дома. Мы вместе организовывали выставку картин Валентина Бараева в 2017 году.
Очень сожалею, что закрылась в Усть–Печеньге школа, и Александр Васильевич остался без любимой работы. Сожалею, что в связи с болезнью ему пришлось переехать в Вологду, и встречи стали совсем редкими. И очень-очень сожалею, что так рано ушел из жизни Кузнецов Александр Васильевич – щедрой души человек.
-
Простота и непосредственность нашей встречи с Александром Васильевичем отложилась у меня в памяти: это был один из дней сентябрьской конференции 2015 года в Тотьме, когда сквер у краеведческого музея озарило солнце и весь город утонул в золоте лиственниц и кленов. На скамеечке возле диагональной мощеной дорожки сидели и щурились доброй, приветливой улыбкой Александр Васильевич и Александр Владимирович Быков. Я ничего не знала о них, кроме той уверенности и гармоничности, с которой их фигуры расположились в пространстве Тотьмы – так запросто, словно это и есть их дом, и они здесь знают каждую улицу, каждое здание. А ведь это было, в общем, недалеко от истины! Мужчины приветливо помахали мне (кажется, дело было в бейдже участника, нежели в том, что я была им сколько-нибудь знакома), и поинтересовались, приду ли я на презентацию книги и секцию. Этот приветливый взмах руки я помню и по сей день. Александр Васильевич все время нашего общения давал собеседнику любого возраста понять, что диалог возможен, что стоит только обладать чуточкой юмора, чувством стиля и здравым смыслом.
Летом 2016 года мы с коллегами из Тотемского музейного объединения отправились в Каргополь на конференцию, где я с трепетом ждала секции по Русской Америке. После выступлений и различных секций на двух машинах – «рено флюэнс» и «солярисе» - мы отправились исследовать южный сектор Кенозерского национального парка. К этому моменту мы с музейными коллегами и Александром Васильевичем, друзьями из Архангельска, Москвы и Питера, съели вместе уже пуд соли и толику дорожной пыли вместе, поэтому взаимовыручки нам было не занимать. Когда к «экспедиции» за обедом присоединился наш друг – журналист из Москвы, для него как гостя не оказалось синих талонов на обед. Буфетчица строго на нас смотрела, не соглашаясь дать лишний паек. Тогда мы с Александром Васильевичем, на сговариваясь, вынули из карманов свои зеленые талоны, разложив их как карты в руках: «Дадите один «синий обед» за 4 зеленых талончика?» - спросили мы. Буфетчица не могла устоять и рассмеялась. Эта солидарность и юмор, легкость проявлялись во всем.
Особенно счастливой я была, когда следовала за ним как водитель, не думая о географии и топонимике и полностью вверяя себя его чутью и знаниям. Но дорога всегда преподносила сюрпризы. Однажды, свернув в одном поселке «за РАЙПО направо», мы ехали к переправе, надеясь, что она все еще функционирует, и наткнулись на деревянную церквушку (кажется, XVII века), изящную, но обезображенную синим профлистом на крыше. Мы ахнули и притормозили: церковь не была отмечена в путеводителе и яндекс-картах. Я вышла из машины навстречу удивленному Александру Васильевичу, который смотрел ошарашено то на церковь, то на нас, и, почесав немного затылок, промолвил неспешно и раскатисто, пропевая «о» : «Вот ведь, глядите, что навигатор-то чудотворный сотворил!»
-
С А.В.Кузнецовым я познакомилась в конце 1990-х гг. Тогда я работала в Тотемском краеведческом музее в отделе фондов. Не часто, но он заглядывал к нам в отдел и работал с материалами научного архива или библиотеки. Скромный, немногословный, даже немного застенчивый, но всегда с доброй улыбкой, Александр Васильевич вызывал доверие и располагал к себе. Кстати, в библиотеку музея он дарил все свои книги. И они всегда пользуются спросом. Сотрудники музея часто обращаются к ним, если это касается названия деревни, речки или истории церкви, фамилии.
Я при составлении родословной работала с его книгами «Сухона от устья до устья» (Вологда, 1994), «Тотемский ономастикон / Фамилии тотьмичей. Названия деревень. "Советские" ойконимы. Русские гидронимы» (Вологда, 2007). Меня интересовали Большой Горох (Слободино), Малый Горох (Выползово), Мыс – деревни, откуда родом мои предки. Узнала о происхождении фамилий моих предков Осовской, Фуников, Немиров, Слободин.
А.В.Кузнецов работал учителем в Усть-Печенгской школе, а я родом с тех мест. У нас было много общих знакомых. У него учились мои племянники.
Последний раз я видела его осенью 2019 года. Мы оказались в одной очереди к терапевту в больнице. Завязалась непринуждённая беседа. О здоровье – ни слова. Зная, что А.В. с Погорелова, я вспомнила, что у нас в д. Слободино жил дядя Коля Зуев, родом с Погорелова, а его жена тётя Рая – родная сестра второго мужа моей бабушки. Оказалось, что дядя Коля Зуев - родственник А.В.Кузнецова. Седьмая вода на киселе, как говорят, но дальние родственные связи прослеживаются.
Больше я Александра Васильевича не видела. В памяти остался светлый, интеллигентный человек. Его будут помнить многие поколения тотьмичей через книги по топонимике края. Добрая память хорошему человеку!
-
Моё знакомство с Александром Васильевичем Кузнецовым произошло в 2016-м году, когда по тревел-гранту «Северстали» выпала возможность выступить на конференции в Каргополе, а заодно и ознакомиться с близлежащими деревнями и сёлами – так сказать, изучить красоты Русского Севера своими глазами. Помимо выступления удалось также посетить замечательный Кенозерский парк, увидеть деревянные храмы и дома 17-19 веков. На конференцию мы ехали на машине Александра Васильевича, а значит, было время познакомиться и пообщаться лично.
Позже случилось ещё несколько поездок. В Тарногский район ездили на родину бывшего директора Тотемского краеведческого музея В. Е. Величутина. Для сбора информации и фотографий к книге «Тотемский район: прошлое, настоящее и будущее» был выезд в деревни Мосеево, Заозерье и Середское. Как результат – наша совместная статья в этом издании.
На момент первого знакомства, когда я еще не был знаком со всеми исследовательскими трудами Александра Васильевича, он мне показался очень простым, скромным, и в то же время эрудированным и интересным собеседником. Порой в беседах с теми или иными краеведами или авторами научных работ понимаешь, что они чуток помешаны на своей работе и при малейшем удобном случае стараются перевести разговор в свою стезю, а там уже задавить знаниями, путём длинного монолога. Александр Васильевич в этом плане отличался от других тем, что с ним можно было обсудить любые темы и вопросы, и во всех он поддерживал диалог, дополняя и деликатно исправляя неточности в формулировках. К сожалению, мне не довелось быть его учеником, но уверен, что он, будучи учителем, умел грамотно преподать материал, наполнив его личными примерами.
Во время Каргопольской конференции запомнился один случай. Ввиду большого наплыва гостей конференции местные кафе не справлялись с потоком и заказы приходилось ждать очень долго. Мои спутники заказали в кафе «Каргополочка» (не является рекламой) блины, а я решил отличиться, заказав сырники. Минут через 25 ожидания коллеги получили долгожданные яства, мне же оставалось с завистью смотреть на них. Через 40 минут мне ответили: «Извините, но сырников нет. Может что-то другое закажете?». Мысленно пожелав всего доброго официантке, я вежливо отказался. Под саркастические улыбки коллег я было принялся завтракать уже остывшим чаем, но Александр Васильевич поделился вторым блином, понимая, что не с моими телесами питаться одной водой. Я с благодарностью откушал сей презент, который не только утолил мой голод, но и остался в памяти как последний кусок, которым Александр Васильевич не мог не поделиться с товарищем в минуты огорчений.
-
Моё знакомство с Александром Васильевичем случилось еще в пору учебы в ВоГТУ. Руководителем моей дипломной работы был Александр Владимирович Быков, вместе с ним определяли тему. Мое предложение создать что-то вроде фотокаталога церквей Тотьмы и Тотемского района (уже тогда проявилась склонность к фотографии) было категорически отвергнуто: «Кузнецов уже все сделал: и описал, и нарисовал». Остановились в итоге на экскурсионном маршруте, затрагивающем любопытные православные и языческие места от Вологды до Тотьмы. В основу маршрута ложились работы Кузнецова.
Социальные сети в ту пору были еще не распространены, тем более в маленьких городах, да и интернет ловил не везде, и как выглядит Александр Васильевич, какой адрес – всё это осталось неизведанным. Поэтому отправилась я по маршруту «на деревне к дедушке», а вернее в Усть-Печеньгу к Кузнецову. На мое недоумение, каким образом я его найду, Александр Владимирович махнул рукой: «Его там все знают, подскажут».
В поездку мы отправились с будущим мужем. Добравшись до конечного пункта, с неким опасением отправились на поиск школы. Рядом со школой на стадионе играли в футбол деревенские мальчишки, вместе с ними с самозабвением гонял мяч высокий стройный мужчина. Со смехом вспоминаю, как долго мы разглядывали его, гадая, Кузнецов это или нет. Доводы были такие: Кузнецов – писатель-краевед, и должен выглядеть не так. Автоматически включались какие-то шаблоны: если писатель – то с бородой, краевед – в очках, и потом, разве писатели играют в футбол? Они же должны писать книги под сенью дубрав.
В итоге, конечно, знакомство состоялось. И работу я защитила успешно.
Уже работая в музее под руководством Алексея Михайловича Новосёлова, получила предложение стать фотографом проекта «По следам тотемского барокко». Случилась серия поездок с Александром Васильевичем – и зимних, и летних, по Тотемскому району и за его пределами. Так воплотилась в жизнь студенческая идея фотокаталога, пусть и в другом ключе. В этих поездках было много разговоров, много смеха, много новой информации и всегда какая-то легкость общения.
Вспоминаются незначительные штрихи из поездок. Например, наши перекусы должны были быть приобретены в каком-нибудь местном магазине. Причем, чем проще деревенский магазинчик, тем больше восторгов он вызывал: топившаяся печка, любопытные товары, внутренний и внешний вид, забавные ценники. Обязательны к приобретению местная молочка и хлебобулочные изделия.
Ни разу Александр Васильевич не отказал в консультационной помощи, причем неважно, над чем шла работа: написанием постов для музейной группы или правкой детских статей в книгу. Что может написать 10-летний ребенок в краеведческой работе? Но Александра Васильевича, как мне кажется, радовали не столько наивные детские статьи, сколько интерес детей к родному краю. Абсолютно честно и серьезно он отвечал на самые глупые вопросы о нашей земле и людях, которые на ней жили...
-
Бережно храню две книги, подписанные мне Александром Васильевичем Кузнецовым в 2016 году. Это «Судьба краеведа А.И. Линькова» (2014) и « Почитаемые камни на Вологодчине» (2016). На одной из книг надпись: « С Тиксны – на Толшму (через Усть-Печеньгу) Галине Алексеевне от автора». На второй надпись: «Г.А.Мартюковой от автора. С уважением А. Кузнецов».
Познакомились мы по переписке. В 1999 году Александр Васильевич выпустил книжку «Тотемская церковная старина». К большому сожалению, в книге была допущена ошибка. Наша церковь в Николе была обозначена как Вознесенская. На самом деле Вознесенская церковь была в деревне Воротишна, а наша церковь - Николаевская Толшемская. Об этом я написала Александру Васильевичу в письме, сделала ссылку на карту тотемских приходов, где были обозначены обе церкви. Вскоре получила ответ от краеведа. Во втором издании книги «Тотемская церковная старина» ошибка была устранена. Умение признавать и исправлять свои ошибки – удел умных людей и настоящих исследователей, для которых истина и историческая достоверность важнее амбиций.
В 2016 году мы готовили к изданию краеведческий альманах «Толшма». Обратились за помощью к Александру Васильевичу, он прислал шесть своих исследовательских работ. Часть из них была написана специально для альманаха «Толшма». Не раз мне приходилось к нему обращаться за консультациями по краеведческим вопросам, всегда помогал, старался найти ответ на интересующий меня вопрос.
Личных встреч с краеведом у меня было очень немного, поэтому все они памятны. Очень запомнилась совместная поездка в Солигалич, Зашугомье и Трофимово. В 2015 году Александр Васильевич Кузнецов с Алексеем Михайловичем Новосёловым готовили к изданию книгу «По следам тотемского барокко». В один из дней они вместе с фотографом Александрой Гросс собрались поехать в Зашугомье и Солигалич, взяли и меня с собой. В Солигаличе мы познакомились с еще одним интересным человеком Аносовым Сергеем Павловичем. Затем все вместе ездили в Трофимово, где Сергей Павлович показал нам совсем недавно им построенную часовню. А потом была поездка на Чаловы горы к полуразрушенной Богородице-Рождественской Чаловской церкви. Посмотреть эту церковь была моя давняя мечта. Добраться туда можно было только на снегоходе. Мы с Александрой вместе с Сергеем Павловичем забрались на снегоход, а Александру Васильевичу и Алексею Михайловичу пришлось ехать в небольших прицепных металлических санях, сделанных из коляски для мотоцикла. В коляске места было маловато, лежало сено, но настоящих путешественников это нисколько не смутило.
Мы не только посетили церковь, но еще и побывали на роднике, который расположен под церковной горой. Родник этот облагорожен неравнодушными людьми при участии Сергея Павловича Аносова. А потом был горячий чай в доме Аносовых в деревне Трофимово. На обратном пути сфотографировались у складированного леса в поселке Гремячий.
Летом 2016 года Александр Васильевич приезжал в Николу с художником Георгием Ивановичем Поповым и Сергеем Васильевичем Миненковым, искусствоведом из Санкт-Петербурга. Гости познакомились с музеем, прошли с экскурсией по селу. В завершение встречи в Николе мы все вместе пошли на берег реки Толшмы, на место, где проходит Рубцовский костер. Сергею Васильевичу очень понравился простор, который виден с берега реки: виды деревень, полей, лугов. Он попросил нас встать на берегу реки и взяться за руки для фотографирования. Теперь эта фотография как память о двух выдающихся людях: краеведе Александре Васильевиче Кузнецове и художнике Георгии Ивановиче Попове…
А последняя встреча с Александром Васильевичем состоялась в Вологде на выставке «Ворота Севера» в апреле 2021 года.
…Очень жаль, что Александра Васильевича уже нет с нами.